Телефон доверия
8 (3452) 590-549

Пожарные в юбках

По разбитой дороге, увязая в грязи, тащился пожарный обоз. Конно – бочечный ход и конная линейка с насосом « Красный факел» пробирались в темноте неосвещенных Тюменских улиц. Возница, укутанный в брезентовый костюм, погонял лошадей, неумело матерился высоким, девичьим голосом. Наконец, телеги свернули на улицу Республики, единственную мощеную улицу города, и загромыхал колесами, пугая спящих горожан. Почти у самой пожарки, расположенной рядом со зданием бывшей городской думы (теперь на этом месте установлен комплекс « Вечный огонь), навстречу обозу выехала чахлая лошаденка – развозка. В телеге, ежась от холода, кутаясь в платки и шали, сидели несколько женщин. На ходу обменялись приветствиями с дежурным караулом, пожелали спокойного дежурства, и уже через минуту скрылись в полночной темноте.
В 1942 году для всех сотрудников противопожарной службы был установлен график работы с девяти утра до 15 дня и с восемнадцати до полуночи. Так работал сам Сталин.
Бойцы въехали на территорию пожарной части, отворили скрипящие ворота, принялись распрягать фыркающую « технику». В конюшню, шаркая ногами, вошел сторож, и по совместительству повар - семидесятилетний дед.
- Эй, девки, чай пить идите, неровен час, снова вызовут, а вы нынче и не обедали.
Шел 1942 год. Мужчин в пожарных частях практически не осталось, за исключением комиссованных, да фронтовых инвалидов. Стали набирать бойцов женского пола. Бабье войско смело взялось за стволы и рукава, на первых порах мало чего понимало в тушении пожаров. Даже лошади, состоящие на пожарной службе, знали дело гораздо лучше, нежели « новые пожарные». По сигналу тревоги животные сами становились в оглобли, ожидая, когда их впрягут, и удивленно взирали на бестолковую суету пожарниц. Пожары то и дело вспыхивали на деревянных улицах Тюмени. Не удивительно, ведь строили – то, как бог на душу положит, лепили к жилью сараюшки и баньки, хранили в оградах сено, поленницы дров. Хватало грязи и мусора, словом всего, что хорошо горит.
«Огонь, облизывая сухие бревна, добрался до крыши дома. Столб искр, взметнулся в небо и рассыпался по округе. По двору бегали люди, плескали воду в гудящее пламя. Хозяйка, прижав к себе двоих чумазых ребятишек, кричала благим матом. Ей вторила рвущаяся с цепи собака. Кто – то крикнул, что едут пожарные. Боевое развертывание, лестница на крышу – все как положено. Только вот боец, худенькая девчушка, на вид лет шестнадцати, никак не решится подняться на крышу. Казалось ни что, ни сердитый окрик начальника караула, женщины лет двадцати пяти , ни уговоры подруг, не заставят ее сделать это. Но вот зажмурилась, прошептала: - « мамочка» и поднялась по лестнице. Неумело размахивая топором, ее коллега уже разбирала доски крыши, две другие подавали воду. После, уже, когда сворачивали рукава и укладывали инвентарь на телеги, храбрый боец, прижавшись щекой к морде, вконец очумевшей собаки, горько разрыдалась. Ей было страшно даже сейчас».
Трудно было всем, особенно начинающим пожарным. А потому тактические учения, пожарно–строевая и физическая подготовка проводились с той же интенсивностью, как прежде, когда на боевое дежурство заступали сильные здоровые мужики. Но разворачивали рукава, устанавливали колонки на гидранты, поднимались по штурмовым лестницам представительницы слабого пола. Поблажку объявили только будущим матерям, срок беременности которых достиг четырех месяцев. Кормящих матерей привлекали к работе исключительно в дневное время. И все же законы военного времени распространялись на всех не зависимо от возраста и пола.
«В красном уголке плакала женщина. Плакала горько навзрыд, с причитаниями. Начальник караула утром, сейчас уже безработная. В трудовой книжке запись:- « Уволена за дезертирство труда». Не смогла объяснить, не сумела доказать, что не прогуляла. В выходной день, оставив двух маленьких ребятишек на попечение соседки, отправилась к матери, в деревню. Ехала не проведать родственников, а накопать картошки, чтобы прокормить вечно недоедающих ребят. Картошку убрать успели, но к вечеру пошел дождь. Развезло дорогу. До станции добиралась пешком, волочила на спине мешок с клубнями. Вот и опоздала на службу. Уволили, к тому же замена нашлась скоро».
В 1943 году тюменские пожарные команды пополнились ссыльными калмычками. Молчаливые, исполнительные тетки лихо справлялись с пожарной «техникой» - быками, запряженными в телеги. Они тихо говорили между собой на родном языке, привычно опускали глаза, когда к ним обращались. Тушили пожары местные и ссыльные бок о бок, не раз выручая друг друга в трудной ситуации. Становились подругами, сообща, терпеливо снося трудности, выпавшие на их долю.
Осенью 1943 года со станции Тюмень в прифронтовую зону уходил поезд особого назначения – пожарный обоз.
На перроне собрались бойцы в юбках, принаряженные и возбужденные, они напутствовали своих подруг, жалели, что сами не могут поехать, потому, что взяли только незамужних. Платформы, груженные пожарными машинами, собранными по городским частям, отправлялись в освобожденные от фашистов города. Тушить строения, опаленные войной, отправилась и тюменская команда: годные к службе инвалиды войны и девушки. Проводы с речами, гармошкой и частушками прервал гудок паровоза. Едва стих вдали стук колес, как веселье сменилось необычной тишиной, прерываемой вздохами и всхлипываниями. Расходились молча, понимая, что слезами горю не поможешь, что тушить пожары необходимо, и кто же это сделает, если не они, женщины.

Зинаида Каменева


Оцените информацию, представленную на данной странице:
1 2 3 4 5
Спасибо, Ваш комментарий принят!
Рубрикатор
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я Все
Загрузка...
По вашему запросу не найдено совпадений